Lötschental

Лётченталь, кантон Валлис.
 Ich könnte wie eine Kuh ein Leben lang auf diesem Weg gehen.
/Я бы мог всю жизнь коровой бродить по этому пути./
Ueli Raz
I

В тех или иных местах я обычно оказываюсь благодаря подсказкам разных животных, как то: Медведь Фишли и Крыса Вайс привели меня на Горнерграт, на котором за девять месяцев я побывала трижды; иные на восток страны и вот в эту долину Лётчен, а еще иные не к высотам - к берегам и широтам.

В Лётченталь выбиралась дважды. В начале мая этого года и еще раз через месяц. Езды от Фрибурга - всего-то два с копейками часа. Готовиться начала задолго: тропы-маршруты разведывала, расписания поездов, расстояния, фотографии, в конце концов, решающая консультация с фотографом У.Р., особо выделившим участок маршрута Фальдумальп-Ферден.

Спалось плохо - перед такими встречами я себя не контролирую. В девять утра уже на месте. Пока автобус вез от станции до Фердена (мин 10), местная молодежь - вывезли, похоже, на экскурсию - шумела и, как только автобус выехал из темного, мрачного ущелья, завосторгалась блестящим вдали ослепительно-белоснежным ледником в том конце долины.
Кто-то встал уступил мне старушке место. А между собой перешучиваются, полагая, что я нэпанимаю:
- А чё, Петер, у тебя теперь новая подружка, да? - хихихи!
Схожу в Фердене, это только самое начало долины, и пускаюсь на поиски тропы к Фальдумальп. Мой план - не идти вдоль самой долины, а подняться на вершину (что-то где-то 2000 м над у.м.) и с высоты на всё поглядеть. Ну, и узнать лучшую коровью тропу в мире. Мрачноватая, хоть и залитая утренним солнцем, пустая деревушка скоро оказывается внизу, а я в лесу.
Вот висит бамажка, предупреждающая о том, что маршрут до Ф/альп нынче непроходим. Я, вечно гибристичная, воображаю, будто швейцарцы просто-напросто раздули какой-то пустяк, и продолжаю путь. Начинаются ручейки... Уже не иду, а прыгаю. Чем выше, тем ручейки все более реки, бурные, шумные, да вот еще и снег... Стала перед водопадом. Ни перепрыгнуть, ни переплыть. А ведь тропа-то проходит где-то тут, а продолжается-то где-то там, на том берегу! А тот берег - заснеженный... я же - в самых что ни на есть городских легоньких кроссовочках, которые по снегу замечательно скользят.
Ладно, не долго думая, возвращаюсь, погода тем не ме хороша, тепла, на ходу раздеваюсь и выбираю лавочку, чтобы съесть первый из трех бутербродов.
Вот снова Ферден. Я из лесу вышел, обмотавшись от обгорания шарфом-фуксией. Очки в поллица.
Указатель указал мне какой-то "зимний путь" уже в сторону ледника и вдоль долины. Кучка жителей замолкает и с любопытством меня осматривают. "Зимний" закончился слишком скоро, снова полетели с вершин воды и реки, какое мокрое все-таки место, как-то их обойти бы, в итоге я на трассе, единственной на весь Таль, а шумной! кто бы мог подумать.
По ходу Ферден-Фальдумальп сменяется новым маршрутом - Ферден-Фафлеральп, это 27 км через весь Таль, но так, на глазок, кажется, до ледника рукой подать и раз плюнуть. Наличие -леры- в наименовании особенно прельщает. И я поползла. Миновала несколько сёл, дорога оживленная, всюду чего-то строят, дорогу в основном.
Спустя час, может, больше, чувствую, дорога пошла помаленьку вверх. Чем дальше, тем выше, тем круче. Я как-то даже изумилась. Рассматривание фотографий места почему-то дало мне основания полагать, что дно таля - совсем плоское, ровное. Т.е. как-то и мысли не возникло о возможных кривизнах рельефа. А тут этот подъем. Я как-то сразу выдохлась и дальше уже ползла еле-еле. (Надо, надо высыпаться по утрам и вечерам!) Фафлеральпом пока даже не пахнет, а автобус аж дотуда пока еще не довозит. Станет, но чуть позже, то ли через неделю, то ли через месяц. А пока то и дело легковушки вверх - вниз. И куда это они?
А вот начался и серпантин. Да... самый "сладкий" участок. Сокращенкам пришлось отказать: то снег, то чавкающие болота его, уже подтаявшего, то ручейки человеческими тропами стекают. Так что ползком дальше по асфальтированному завивающемуся вверх пути.
А то вдруг начали лыжники шуршать со склонов на скоростях. Ага, последние деньки ловят!
И всё-таки, всё-таки я сделала это, слопав остававшиеся бутерброды. Докарабкалась до Фафлеральп, выхожу на расчищенную от снега парковку и всё, дальше никуда ни шагу, только потоптаться по парковке, ибо вокруг стеной в метр тебя окружает толща снега, к краю которой со стороны ледника спускаются счастливчики-лыжники.
Назад уже, яснодело, попроще - вниз серпантинчиком.
От Кюмад (Kühmad) - обнаружилось - идет нормальная тропа вдали от дороги и к тому же еще и эстетическая,
Kühmad
и философская:
СКАМЬЯ ДЛЯ ОТДЫХА
воспользуйся временем, чтобы быть
счастливым!
время не магистраль между
колыбелью и могилой,
скорее место для парковки
на солнце.
Где-то на пригорочке, уже поближе к цивилизации, села подкрепиться и пропустить по стаканчику, однако тут же к ближайшей хижине приехали хозаяева и принялись там хозяйничать прямо на крыше, нарушив мой усталый, почти идиллический покой.

В итоге ходьбы часов пять туда и обратно до автобуса в Блаттене, подобравшего кроме меня нескольких лыжников. А перепад высоты на протяжении 27 км - 1300/1700 м над у.м. Несмотря на солнце и снег, осталось ощущение угрюмости места, и вместе с тем и того, что это - некая глубинка, куда массы и массы как-то не стремятся заглядывать нескончаемыми потоками (случай Ст.-Моритца).

II

Во второй серии - начало июня - путь начинался сразу от Фафлеральп, где пассажир высаживается в это время года из автобуса в том самом месте, где месяц тому была расчищена парковка, окруженная стеной снега. День вщент пасмурный, по прогнозам, жди даже дождя. От Ф. вперед к леднику, пункт назначения - Аненхютте, где, мечталось, если будет хватать времени, можно будет съесть чего-нить горяченького. Ходьбы туда-назад 4 часа, как обещали указатели. Однако мокро, кругом течет, хотя снегу, конечно, гораздо меньше, чем месяц тому. Чем ближе к леднику - тем попросторнее, объемнее окружающая среда. Горы заволокло тучами.
Fafleralp-Anenhütte
В безлюдности - встретились в начале две женщины, и уже выше пожилая пара (они устали и отрицали скорое приближение к хижине) и всё, никого больше - сурки чувствовали себя хозяевами и с непривычки к человеку бросались от него врассыпную уже чуть ли не прямо из-под ног. Никак не были на посту. Ходили зевали по сторонам. Тогда как человек пахал сквозь снега и воды вверх, видя с самого почти начала пути заветную мечту - горячий супчик, воплощенный в мерцающем во мраке на возвышении силуэте хижины. Хижина не только не приближалась, но и вдруг спряталась, когда, казалось, ходок подошел к ней уже совсем близко. По времени - уже вероятность опоздать на последний от Фафлер автобус. Идти никак не 2 часа в один конец. Снегу вдруг стало много. А на ногах - все те же городские, скользкие, уже промокающие. Тропа исчезает и неясно прохожим в этот день, куда податься. Только по снегу, рыхлому, вот - провалюсь. Оказавшись перед Мощной Рекой, хиленько прикрытой трескающимся у кромки одеялком июньского снега, у меня истерика, я всерьез настроена плевать на супчик и топать-скользить-падать назад. Однако проверка прочности снега озарила конец тоннеля светом, а в нем забрезжила, наконец, и Аненхютте
   Наглухо закрытая, неживая, нежилая, холодная.
Также Annen-, Ahnen, Anu-, Anahütte
Начинает накрапывать дождик. Надо стремительно, пока он не разразился в Дождь, лететь вниз, но это уже другой тропой, куда более легкой. Итак, вверх до хютте - три часа, вниз к остановке в Фафлеральп - чуточку больше часа. Вниз кубарем - это всегда очень легко и быстро. Буса еще нет. Киоск открыт, в округе - н и  д у ш и. Кроме владельца и владелиц киоска. Кофейку... горяченького... дождь передумал періщити, просто так ненавязчиво и накрапывал. Чем бы еще потешиться? Вот. Какой-то неизвестный напиток в меню. Мош /Mosch/. А что это такое, интересуюсь. Хозяин показывает бутылочку 0,5. Этикетка ни о чем не говорит, но прошу дать... одну... нет, две, битте шён. Для отдохновения дома. Где таинственный напиток оказывается очень и очень приятным сидрецом... надо сказать, неповторимым. Буквально.
У Аненхютте. Дождливая перспектива

Comments

Popular posts from this blog

Μπαλαμός

Two weeks after the lockdown in Paris

Ἀνθρωποι μονάχοι. Lonely people